Глава 16

– Меньше.

– Теперь скажи – где же ты их видел?

– Они поднимались по Соленой Пади.

Эремиус пытался задавать разведчику и другие вопросы, но тот, судя по всему, был слишком потрясен внезапной потерей зрения, для того чтобы думать о чем-то еще. Эремиус вздохнул и внятно прошептал:

– Моею волей да вернется к нему зрение!

Человек убрал руки от глаз и, потрясенно рухнув на колени пред своим господином, стал целовать нижнюю полу его одеяний. Подобные изъявления преданности и любви со стороны простых людей продолжали трогать Эремиуса и поныне. Конечно, он предпочел бы, чтобы перед ним пресмыкался не какой-нибудь жалкий человечишка, но красавица Илльяна, но, памятуя о том, что лучшее – враг хорошего, он умел радоваться и такой малости, как эта…

Вдоволь натешившись, Эремиус дозволил человеку подняться на ноги и удалиться. Оставшись в одиночестве, он сосредоточился и вызвал в сознании образ окрестных гор. Он хотел не просто рассеять тех, что дерзнули выступить против него, он хотел уничтожить всех людей до единого.

Справиться с этой задачей сложно было и Трансформам, ибо и они, к сожалению, были уязвимы… Помимо прочего, в дело могла вмешаться злокозненная Илльяна или даже неожиданно изменившаяся воля своенравного Камня…

Лучшей тактикой при таком раскладе было совместное движение Трансформ единым плотным строем. Главное при этом – не ошибиться в выборе направления атаки…

Встав на колени, Бора опустил бутыль в ручей. И тут он услышал знакомые голоса. Не поднимаясь с земли, он пополз по направлению к ним.

Уже через минуту он понял, что разговор этот – вернее, этот спор для его ушей не предназначался. В нем принимали участие госпожа Илльяна, Шамиль и Хезаль.

– Моя госпожа, если вы так уверены в том, что на нас идут демоны, то почему вы не используете против них свои магические силы? – спросил Шамиль у Илльяны.

– Я трезво оцениваю свои способности. Совладать с ними мне все равно не удалось бы.

Бора почему-то сразу понял, что Илльяна говорит не совсем искренне.

– Что же вы тогда за колдунья? – усмехнулся Шамиль. – Вы знаете, есть такая пословица: не так страшен черт, как его малюют. Может, статься, эти самые демоны и супротив самого обычного колдовства не устоят. Может быть, вам достаточно будет станцевать перед ними, а?

Боре очень хотелось чтобы Илльяна превратила Шамиля в свинью, но она почему-то этого делать не стала, хотя, судя по выражению ее лица, страстно того желала.

– Капитан, – вмешался в разговор Хезаль, – в любом случае госпоже Илльяне нужен покой. Либо я предоставлю в ее распоряжение взвод своих солдат, либо капитан Конан отберет часть деревенских и…

Шамиль грязно выругался и сплюнул.

– Этот сброд разбежится в одну минуту. Что до моих ребят, то я не дам ни одного человека. В конце концов, мы и не обязаны это делать. Как и обычно, мы выставим стражу и разожжем костры. Если же вы совершите хоть что-нибудь без моего разрешения, я тут же отправлю вас в тюрьму. В первую очередь это относится к вам, Хезаль!

– Так точно, капитан!

Шамиль и Хезаль ушли. Бора хотел уже отползти в сторону, как тут послышались новые голоса. У костра появились Конан и Раина, одетая в короткие легкие штанишки, наподобие тех, которые носят матросы. Только теперь Бора заметил, что в глазах Илльяны, безучастно сидевшей в костра, поблескивают слезы. Заметив своих товарищей, она поднялась на ноги и подала им руки – одну Конану, другую Раине.

– Неужели с ним ничего нельзя поделать? – спросила Она.

– Будем надеяться на то, что с появлением демонов он уже не вспомнит о нас, – сказал Конан. – Не будем забывать и о том, что возможно призвать солдат к мятежу. Само по себе это скверно, но еще хуже будет, если мятеж поднимем не мы, а Хезаль. В эту минуту мы должны быть едины, как никогда!

– Мне кажется, что Хаджар вряд ли мог научить тебя…

– Довольно! – неожиданно резко перебил свою госпожу киммериец.

Она на миг опешила, но тут же, потупив глаза, прошептала:

– Извини меня, Конан. У меня не выдержали нервы. Если тебе доводилось оказываться в безысходных ситуациях, ты должен будешь понять меня…

– Я оказывался в них куда чаще, чем вы, госпожа. И я знаю, что по-настоящему безвыходных ситуаций нет. Неужели вам так не нравится идея мятежа?

– Я восприму его как должное. Ну, а теперь мне хотелось бы немного поспать.

– Как? Разве вы не пойдете в свою палатку? – удивилась Раина.

– Я думаю, теперь идти туда мне не стоит. Она будет скорее ловушкой, чем прибежищем.

– Хорошо, что нас никто не слышит, – сказал, озираясь, Конан.

Разговор продолжился, но ничего интересного Бора уже не услышал. Он спустился пониже по течению ручья, перешел его вброд и поспешил к лагерю, в котором стояли палатки его односельчан. Теперь под его началом были только жители Горячего Ключа; мужчины из Шести Вязов были отданы в распоряжение Гелека.

Благополучно добравшись до своей палатки, Бора забрался под одеяло и попытался уснуть.