– Все в порядке, – услышал Конан голос Раины.
Киммериец замедлил шаг.
– Главное – никого не встретить. Я этот народ знаю: ни за что, ни про что они могут тебя и на тот свет отправить. Они даже не посмотрят на то, что ты женщина.
– Не знаю, не знаю. Честно говоря, верится мне в это с трудом.
– Странный ты человек. Эти вояки таких страстей о демонах наслушались, что для них каждый незнакомец – уже враг. Как ты этого не понимаешь?
– Хорошо, я буду внимательной! – засмеялась Раина. Она поднялась на цыпочки и одарила Конана поцелуем, который мог показаться невинным лишь со стороны. Руки киммерийца сами собой сомкнулись на ее талии, но он тут же опомнился и отшатнулся от Раины.
– Что бы ни происходило, мы должны придерживаться предписанных нам ролей, – сказал он с улыбкой. – Иначе мы можем вызвать у людей ненужные подозрения, – верно, крошка?
– Еще бы! Кто ты и кто я! – рассмеялась Раина.
– Хотел бы я знать, долго ли еще мне быть караванщиком? – все так же улыбаясь, прошептал Конан.
– По ночам ты можешь оставаться самим собой, – улыбаясь, ответила ему Раина и легонько оттолкнула киммерийца от себя.
И он и она знали, что имя Мишрака может не только выручить их, но и навлечь на них беду. Произносить его вслух было пока рано.
В казармах, по которым шли Конан и Раина, не было ни души. Откуда-то снизу доносились звуки шумного застолья – там, внизу, находилась солдатская таверна. Киммериец и его спутница прошли мимо лестницы и подошли к комнате Раины.
Конан проверил запоры на дверях Илльяны, Дессы и Масуфа. Затем он извлек из голенища кинжал и повесил его на пояс.
– Я спущусь на пару минут вниз. Именно этого они от меня и ждут. Заодно я поболтаю с ними о демонах.
– Ты бы лучше у них о лошадках справился! После этого можешь болтать о чем угодно, даже и о демонах!
– Ты мудра, как никогда, Раина!
– И это все, что ты хочешь мне сказать?
– Сказать тебе я могу многое, женщина! Но станешь ли ты меня слушать?
Он привлек Раину к себе и, уже не таясь поцеловал ее в губы.
На крепостных стенах не было ни души, что не могло не обрадовать Якуба. Судя по всему, капитан Шамиль убрал стражей с тем, чтобы они не помешали ему совершить визит к Раине.
Впрочем, истинные причины этого неожиданного обстоятельства Якуба особенно не интересовали: в происшедшем он видел перст божий, ясно указующий на то, что предприятие от угодно не только ему самому, но и богам.
Одетый в черное, Якуб выбрался на крышу и прикрепил к ее карнизу стальной крюк. Остальное было делом техники. Он легко заскользил вниз по веревке, проходившей мимо окна той комнаты, в которой жила Илльяна.
Посещение комнаты волшебницы могло обернуться для него каким-либо неприятным сюрпризом, и он пытался не думать об этом, полагаясь всецело на милость сил, покровительствующих ему.
ЕСЛИ МНЕ УДАСТСЯ ПОХИТИТЬ У НЕЕ ЭТОТ КАМЕНЬ, Я БУДУ САМЫМ СЧАСТЛИВЫМ ЧЕЛОВЕКОМ НА СВЕТЕ!
Он посмотрел вниз. Заветное окно было прямо под ним.
Конан присоединился к солдатам, исполненный решимости не пить, но слушать. Вернее, пить в меру и слушать. Вино оказалось куда лучше, чем он ожидал, и потому он решил не давать себе никаких зароков, но пить ровно столько, чтобы не вызывать подозрения.
Разговоры здесь шли только о демонах. Говорили о загадочных зеленых огнях и изумрудных зарницах, о столбах багрового дыма и прочей несуразице.