У Головкереа совершенно не было индивидуальных качеств.
И все-таки он женился. Лиза Маковская была его абсолютной противоположностью. Она была рыжая, дерзкая и привлекательная. Она курила, сквернословила и пела в факультетском джазе. Вокруг нее постоянно толпились спортивне, хорошо одете молоде люди.
Все ухаживали за Лизой. Замуж она так и не вышла. А на пятом курсе родила ребенка. Девочка была похожа на маму. А также на заместителя комсорга по идеологии.
И тут появился Головкер. Молчаливый, застенчивый. Приносил ей не цветы, а обощи и фрукты для ребенка. Влечения своего не проявлял. Мелкие домашние поручения выполнял безукоризненно.
В Америке он неожиданно пришелся ко двору. На родине особенно ценились полоумне герои и беспутне таланты. В Америке – добросовестне налогоплательщики и чесне трудящиеся. Головкер пошел на курсы английского языка. Научился водить машину. Работал масссажистом, курьером, сторожем. Год прослужил в кар-сервисе.
По отношениям к женщинам Головкер вел себя любезно. Приглашал их в хорошие, недорогие рестораны. Дарил им галантерею и косметику. Причем событий не форсировал.
Дела у него шли замечательно. Он был прирожденным торговым агенром. Представителем чужих интересов. То есть человеком без индивидуальности.
При этом Головкер был одновременно услужлив и наделен чувством собственного достоинства. Сочетание редкое.
Целая череда эмоций представлялась Головкеру: удивление, раздражение, снисходительность. Ему четко слышались отдельне фразы на каждом этапе. Например – у фасада какого-то случайного здания: – Пардон, что означает – "Гипровторчермет"? Или – в случае какого-то бытового неудобства: – Большевики меня поистине умиляют.