Я видел этот барабан даже во сне. А когда я проснулся, то сразу взглянул в угол у двери. Там торчал большущий гвоздь. Барабана на гвозде не было. Значит, Галка уже встала и умчалась на улицу…
Галку только вчера выбрали барабанщицей, когда в нашем квартале открылся пионерский лагерь. Не настоящий лагерь, конечно, а городской. Каменщики из комсомольской бригады Саши Котова подарили нам барабан. Они – наши шефы. Галка как увидела барабан, сразу вцепилась в него, и давай нам показывать, как она сигналы выбивать умеет. Ну, ее сразу и выбрали. Конечно, она уже в седьмой класс перешла, а мы – я, Лешка и Майка – только в четвертый. Не нас же выбирать в барабанщики.
Целый день мы втроем ходили за Галкой, Ходили, будто просто так гуляем. Она косилась на нас сердито, но ничего не говорила.
Барабан Галка таскала на ремне через плечо. У меня даже сердце щемило, когда я смотрел на него. Он был темно-красный, с блестящими ободками, с черными винтами, чтобы кожу подтягивать. Внизу у него была пружинка, от нее звук получался звонче.
Я первый из всех не выдержал:
– Галка, дай хоть чуть-чуть…
Галка сразу завелась:
– Так я и знала! Теперь начнете клянчить! Пропорете барабан, а я отвечай. Если каждый будет колотить…
– Жила, – сказал я.
А Галка подкинула барабан на ремне, поглядела на нас, как на букашек, и ушла.
После этого мы до вечера были грустные. Я даже с Майкой поругался из-за пустяка, из-за бумажного голубя, которого она запустила на крышу гаража, а доставать не хотела…
За ужином Галка держала барабан на коленях. Потом она вколотила у двери громадный гвоздь, и барабан поселился в углу. Я сразу повеселел. Пусть только Галка ляжет спать!
Но она сказала:
– Сергей, хочешь, подарю свой автокарандаш? И общую тетрадку…
– Какая ты добрая, – поддел я ее. – Ты всегда такая?
– Тетрадку с клеенчатой коркой, – сказала Галка. – Хочешь? Только дай честное пионерское, что не будешь даже пальцем трогать барабан.
– А он, что, лопнет?
– От вас что угодно лопнет, – ответила она. – Даже бочка железная. А я за инструмент отвечаю. Понятно?
Я понял, что, в конце концов, Галка спать будет на барабане, но меня не подпустит. Ну, я и разозлился. И сгоряча тут же дал честное пионерское, что не притронусь к барабану, пусть Галка лопнет от жадности вместе с тем самым "инструментом", за который она отвечает. И лег спать…
Сейчас, когда я проснулся, мне сразу вспомнился барабан.
Дома никого уже не было. Я оделся, вытащил из кухонного стола трехлитровую стеклянную банку и две вилки с железными черенками. И начал тренироваться.
Банка, конечно, не барабан, но я все равно здорово увлекся. Принялся выстукивать все сигналы подряд… Когда банки не стало, я пошел в коридор и начал барабанить по железному тазу, который висел на стене. Таз мог выдержать сколько угодно. Не выдержала соседка тетя Клава, и я поскорей выскочил во двор.
Во дворе я сразу увидел Лешку.
– Что будет за разбитое зеркало? – хмуро спросил Лешка.
Я не знал, что бывает человеку за разбитое зеркало.
– Большое оно?
– Среднее… Я его на коленях держал.
– Барабанил? – спросил я.
– Барабанил, – сказал Лешка.